Upload photos to the site directly from the mobile application. Like, subscribe to other participants, leave comments. The ability to watch those who like you, as well as the ability to upload works to the application for participants who have not passed moderation.
В темноте старых каменоломен,
Под столпами Аджи-Мушкая,
Где безвестный солдат захоронен,
Замордована воля людская,
Есть, поистине, скорбное место:
Изобилие детских игрушек,
Оно жуткой находкой известно –
В коробах от снарядов для пушек
Малышей измождённых останки
У стены обнаружили смольной;
По ним били фашистские танки,
Враг хотел, чтобы им было больно!
Так и было, кричали малютки,
Их травили и газом, и ядом;
Пахли смертью войны незабудки;
Кровью кашляли ангелы рядом.
Знать, уж не было сил закопать.
Воевавший – страстям тем свидетель;
Вот стоит современная мать,
Крикнул сын её: «Бедные дети!»
Но игрушки безмолвны во мраке,
Люди смотрят на них, рыдают;
Прекратились шальные атаки,
Больше дети там не погибают.
А игрушкам нет дела до горя,
Им бы вновь обрести хозяев,
И сидеть с ними утром у моря,
Вместе лазать по крышам сараев.
Только нет больше тех хозяев
На земле и на белом свете,
Не осталось домов и сараев,
Там руины, горланит ветер.
Не понять этой правды куклам
В черноте катакомб зловещих,
Улыбаются в свете тусклом
Будоражащие душу вещи.
Водят гиды озябших туристов
По ходам старых каменоломен,
Где слепцы низвергали нацистов,
Дух Победы был чист и огромен.
Не минуя прискорбного места,
Где приют нашли сотни игрушек,
Где две крохи покоились вместе
В коробах от снарядов для пушек.
А когда фонари разом гасят,
Выключают всего на минуту,
Цепенеем мы все в одночасье,
Ту войну представляя, ту смуту.
В тесноте ржавых каменоломен,
В гарнизоне когда-то могучем,
Гробовой тишиной стал их гомон;
Всюду копоть, смертей чьих-то кучи.
Там с водой уж колодцы и кружки;
Возвеличена воля людская!
Но несут снова люди игрушки
В подземелье Аджи-Мушкая.
© Анатолий Щербак